Осенний я, укутался дождями,
Мне в них тепло, как в прожитых руках.
Мы отвечаем за свой выбор сами.
И я отвечу. Небом на плечах.
Укроет язвы ссор и эгоизма,
Мне в них тепло, как в прожитых руках.
Мы отвечаем за свой выбор сами.
И я отвечу. Небом на плечах.
Тем листопадным, стынущим, голодным,
Что вновь укроет листьями весь мир,
Все наши дрязги, всю эту бесплодность
Ничтожных дум в ничтожности квартир.
Душевной, самой страшной гипоксии,
Где в лицах проступает злоба рях.
Что вновь укроет листьями весь мир,
Все наши дрязги, всю эту бесплодность
Ничтожных дум в ничтожности квартир.
Все эти склоки, жалкие, пустые,
Что тлеют в хлам тряпьем на пустыряхДушевной, самой страшной гипоксии,
Где в лицах проступает злоба рях.
Укроет язвы ссор и эгоизма,
Засыплет желтым скалящийся дуст
Цинизма, вандализма, реализма.
Пусть будет осень. Пусть. Ты слышишь? Пусть.
Осенний я. Желание стать птицей,
Любить сейчас и вновь не опоздать,
И даже в ряхах все же видеть лица,
И падать в осень, будто бы в кровать.
Цинизма, вандализма, реализма.
Пусть будет осень. Пусть. Ты слышишь? Пусть.
Осенний я. Желание стать птицей,
Любить сейчас и вновь не опоздать,
И даже в ряхах все же видеть лица,
И падать в осень, будто бы в кровать.
Нам дан весь мир. И нами он потерян.
Потерян мир, потеряны и мы.
А я все жду, когда начнется время
Людской неравнодушной доброты.
Потерян мир, потеряны и мы.
А я все жду, когда начнется время
Людской неравнодушной доброты.
Аль Квотион